Точка зрения

Вы можете заказать журналы в редакции:

по тел. 8-495-797-89-29;

е-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.;

в ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ

или оставить ЗАЯВКУ НА САЙТЕ

Подписаться на журнал «Пчеловодство»

на почте

по каталогу «Газеты. Журналы»

 агентства «РОСПЕЧАТЬ»

ИНДЕКС — 70739 (полгода), 71729 (на год).

Подписаться для стран
дальнего и ближнего зарубежья
можно на сайте

«МК-ПЕРИОДИКА»

http://www.periodicals.ru

Подписка
Пятница декабря 09, 2016
Russian English French German Italian

дупло, колодаИстория взаимоотношений среднеевропейской (среднерусской) породы пчел с дуплом тесно связана с одним из самых загадочных вопросов пчеловодной науки — вторичным расселением медоносной пчелы по Европе после ледникового периода. Согласно общепринятой версии, во время оледенения пчелы могли сохраниться здесь лишь в трех изолированных районах: Испании и Южной Франции, Италии и на Балканах (Г.Д.Билаш, Н.И.Кривцов, 1985). По мере отступления ледника они захватывали все большую территорию. По мнению Н.И.Кривцова (1995), «пчелы среднерусской породы заселяли отросшие в послеледниковое время леса, адаптировались к природно-климатическим условиям, и ко времени появления в Западной и Центральной Европе человека были аборигенами лесистых равнин. Естественное расселение среднерусских пчел дошло, по-видимому, до Урала». Понятно, что подобный взгляд крепко-накрепко «привязывает» медоносную пчелу к дуплу.

Однако сценарий мог быть и совершенно иным. Вторичное расселение медоносной пчелы по Европе происходило при непосредственном участии человека. Культурное пасечное содержание пчел, известное многим племенам древних переселенцев, стало началом не только всей последующей истории европейского пчеловодства, но и истории среднерусской породы. На каком-то этапе разные экотипы медоносной пчелы, доставленные человеком на освободившиеся от ледника территории, соединились в суперпороду, что привело к грандиозному генетическому взрыву: появилась пчела с новыми биологическими и поведенческими качествами и выдающимися производительными способностями. Пчелы Африки, Юго-Западной Европы, Малой Азии и Закавказья слились в яростную и воровитую помесь. Эти качества давали новой пчеле заметные преимущества перед ее добродушными предками. Действительно, в этот период немало дупел в лесах было занято пчелами. Нередко после тщетных поисков пустующего убежища рои отстраивали свои гнезда в кроне деревьев или атаковали жилища других пчел. Это время можно по праву назвать Периодом Великого Гетерозиса.

Не исключено, что в условиях Русской равнины аналогичных периодов было несколько, но, очевидно, что о последнем и наиболее значительном из них писал Альберт Кампензе (1524): «Московия очень богата медом, который пчелы кладут прямо на деревьях без всякого присмотра. Поселяне, которые держат домашних пчел близ своих жилищ и передают их в виде наследства из рода в род, с трудом могут защищать их от нападения диких (лесных) пчел». (Абсолютная точность данного свидетельства полностью подтвердится спустя несколько сотен лет, когда точно такая же генетическая бомба разорвется на американском континенте после ввоза туда нескольких семей африканских пчел.) Новая помесь грандиозной волной прошлась по весьма обширным территориям Московского государства и очень быстро добродушие пасечных пчел растворилось в этом яростном потоке. Через какое-то время «домашние» пчелы уже ничем не отличались от лесных. Пчелиные семьи на пасеках достигали невероятной силы, и пчеловодам часто приходилось использовать колоды огромных размеров. Многопудовые медосборы от одной семьи становились обычным явлением. Именно на этот период пришлись самые выдающиеся успехи российских пасечников.

Интенсивное расселение помесных пчел положило начало формированию среднерусской породы. При этом дупло никак не повлияло на данный экотип. Эволюция в условиях дупла (приписываемая среднерусским пчелам) не могла бы не сказаться на развитии специфических признаков породы, но среднерусские пчелы не имеют ни одного сколько-нибудь оригинального признака, приобретенного в связи с проживанием в дуплах. Например, наиболее характерная их особенность — поведение при осмотре гнезда (они спускаются к нижнему бруску рамки и повисают гроздьями). Но аналогично ведут себя и африканизированные пчелы Бразилии: при осмотре сотов молодые пчелы также сбегают к нижней части рамки, образуя «бороду».

Другое отличие особей среднерусской породы — сильная злобивость. Но и африканизированные пчелы Южной Америки чрезвычайно агрессивные.

В отдельные годы на пасеках, где содержатся среднерусские пчелы, до 100% семей приходят в роевое настроение. Однако чрезвычайной ройливостью отличаются и африканизированные пчелы. Еще одно отличие — обе породы склонны к слетам из тесного, заполненного медом жилища.

Это далеко не полное перечисление сходных признаков двух имеющих разный исторический возраст и разобщенных географически пород позволяет рассматривать вопросы эволюции среднерусских пчел под новым углом зрения. Помесные африканизированные пчелы за свою короткую историю имели слишком незначительный по времени опыт проживания в дуплах, следовательно, позволительно считать, что и среднерусские пчелы ни одним из перечисленных признаков не обязаны проживанию в дупле. Кроме того, важно понять, что эволюционирование среднерусских пчел сопровождалось постепенной их деградацией. Высочайшая производительная энергия семей постепенно угасала. Со временем частично уменьшились их ройливость, агрессивность и воровитость.

Согласно распространенному мнению, древнее пчеловодство пришло в упадок в связи с появлением сахара и виноградных вин, вырубкой лесов, распашкой лугов и т.д. Однако главная причина этого — вырождение пчел. Даже полная отмена налогов императрицей Екатериной II не смогла остановить приближающуюся гибель великого промысла. Принятые в то время законы об охране «чудного» бортного дерева, возможно, и спасли какое-то количество дупел, но само дупло не могло спасти пчел от постепенной деградации.

Тем не менее именно в период упадка отрасли зарождается миф об эталонности дупла и преимуществах бортничества. Сравнивая скромные среднестатистические килограммы товарного меда от семьи с многопудовыми взятками от легендарного бортного дерева, пчеловоды пытаются понять и объяснить «феномен» дупла. Наиболее ранние документальные сведения о пчеловодстве открыты в местечке Хатал Хююк в Малой Азии, где на стене храма обнаружено изображение пчел, датированное седьмым тысячелетием до нашей эры. В то время там, где человек полностью уничтожил леса, было распространено земляное пчеловодство: домашних пчел селили в земляных ямах (Ю.К.Барбарович, 1994). Таким образом, и девять тысячелетий назад, когда холод ледника еще только-только покинул Восточно-Европейскую равнину, пчеловоды не надеялись на дуплистое дерево и ясно понимали, что природа пчелы не имеет ничего общего с ним; с доисторических времен пчеловоды отдавали предпочтение простым в изготовлении ульям и удобно расположенным пасекам.

Случаи проживания пчел в дупле заслуживают не большего внимания, чем факты их комфортного существования в статуях, межэтажных перекрытиях, могильных склепах или сундуках.

Пчелиное гнездо, прикрепленное к своду горной пещеры или уступу скалы, могло бы стать эмблемой нового пчеловодства и символом пчелиного процветания. Медоносная пчела как вид сформировалась не в дремучих лесах. Пчелы и по сей день не селятся в чернолесье, не смотря на то что именно здесь больше всего дуплистых деревьев. Пчела — дитя гор, и не считаться с этой исторической данностью нельзя.

Только здесь можно понять, до какой степени заблудилось недавно «спустившееся с дерева» пчеловодство с его возникающими то тут то там летками, разорванными сотовыми полями, запатентованными холстиками и мокрыми подушками верхнего утепления. В просторной пещере пчелиное гнездо имеет естественную форму. Фундаментом всякого воскового дворца здесь служит герметичный потолок. Здесь никогда не бывает отверстий над гнездом и восходящих воздушных потоков через него в потолок. Под гнездом — океан воздуха, именно океан, а не жалкие порции кислорода, рассчитанные по модным теперь формулам и впущенные в улей через сокращенный до неузнаваемости леток. Здесь семьи относительно редко роятся, а рои в большинстве случаев не покидают пещеру, поселяясь, как правило, по близости от родного гнезда. Пчелиные семьи тесно соседствуют друг с другом, между ними нет ярко выраженного антагонизма. При этом в безвзяточные периоды слабые семьи все же обворовываются, в результате чего сильные еще больше усиливаются пчелами и медом. На остатки сотов разграбленного гнезда в роевую пору может привиться сразу несколько роев, нередко в семье работает несколько маток одновременно. Обитающим в пещере пчелам незнаком леток в его современном виде. Сборщицы нектара из разных семей вылетают через вход в пещеру и, разлетаясь по сторонам, образуют в небе живой след, походящий на гигантский веер. Температура воды в естественных пещерных резервуарах не опускается ниже 8°С. Организм пчелы за миллионы лет приспособился к этой температуре и, употребляя более холодную воду, пчела погибает. Летом, когда под воздействием тепла воск размягчается, некоторые медовые соты обрываются, не выдерживая тяжести собственного веса, так природа «вырезает» лишний мед, освобождая место для новых сотов.

Дупло всегда было и останется лишь жалкой копией пещеры и уже только поэтому представляется бессмысленным продолжать превращать пустотелое бревно в составной улей, работающий по принципу вытяжной трубы, или улей-капсулу с пятью литрами метаболической влаги в поддоне. Современному пчеловодству нужен не просто новый улей, а принципиально новая его идея, искать которую следует и в истории самой пчелы.

Рано или поздно пчеловодам придется вернуть своим подопечным естественную форму гнезда, безбарьерность гнездовых сотов, герметичный потолок, активную придонную вентиляцию и т.д. Нарушить веками устоявшиеся правила и сконструировать улей с принципиально новыми возможностями, в котором пчелы не страдают от сырости и духоты, легко совершают сверхранние весенние и сверхпоздние осенние облеты, успешно зимуют, интенсивно развиваются весной и производят рекордное количество высокосортного меда при минимальной помощи человека — вот интересная задача для нового пчеловодства.

В свете сказанного возникает правомерный и крайне интересный вопрос: возможно ли в современных условиях повторение Периода Великого Гетерозиса? Теоретически — да. Для этого понадобилось бы скрестить африканских пчел (например, кенийских или эфиопских, среди которых встречаются темноокрашенные горные, закрывающие мед белой печаткой) с пчелами южной части Дальнего Востока (Приморский край), ведущих свое недавнее происхождение от среднерусских, украинских, итальянских и кавказских. Если такую афроевразийскую помесь интернировать в условиях юга России или Украины, то, очевидно, через какое-то время пчеловоды получат невероятно продуктивную «среднерусскую породу», гетерозисная энергия которой будет против всех правил сохраняться в течение нескольких сотен лет. Впрочем, процессы деградации могут проявиться достаточно скоро, если пчеловоды, следуя современной традиции, разбавят африканские гены завозным итальяно-кавказским добродушием, обкормят пчелу сахаром, отравят лекарствами и поселят в улей, сконструированный по законам «эталонного» дупла.

А.С.СЕНЮТА

Псковская обл.

 

События

Свежее

Популярное

toolАдрес редакции журнала "Пчеловодство":
125212, г. Москва, Кронштадтский б-р, д. 7а
Kronstadt Boulevard, 7a, Moscow, 125212

telephone +7 (495) 797-89-29

При использовании, копировании, цитировании публикаций портала beejournal.ru обязательна прямая ссылка на страницу используемого материала.

gipp2014

VKFacebookTwitterGoogle plus

Сейчас 142 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Яндекс.Метрика