В чем изъян ульев XX века и чем отличается XX век от XXI для пчеловодства

Рамочные ульи дали возможность пчеловодству сделать большой шаг вперед, но с тех пор оно застыло на месте, и сейчас назрела необходимость сделать следующий шаг. В начале эволюции пчелы и люди жили в естественных укрытиях: первые — в дуплах или расщелинах, а вторые — в пещерах. Прошли тысячелетия. Человек научился строить себе комфортное жилище с подогреваемым полом, кондиционером и бассейном. Хотя запас прочности у него остался весьма большой, поскольку он выживает и на свалках, и в подвалах, и на чердаках. Только вот качество жизни и ее продолжительность напрямую зависят от условий обитания.

Что же касается жизни пчел в современных стандартных условиях, то ее можно сравнить с жизнью человека в легком садовом домике, в котором зимой на стенах иней, а летом на солнцепеке жарко и душно. Улей может быть узким, широким, низким, высоким, но комфортных условий без специальных мер не добиться. Для этого нужно утеплять потолок, пол, стены, устроить вентиляцию и отопление.

В последние десятилетия пчеловоды особенно активно пытаются усовершенствовать существующие конструкции пчелиных жилищ. Какие только ульи не изобретают, но постепенно интерес к ним затухает, потому что ничего кардинально нового они в отрасль не приносят. А то, что предлагают жилища для пчел, приближенные к дуплу, свидетельствует о кризисе пчеловодства, поскольку современные ульи и разработанные технологии пчеловодов не устраивают.

Ориентация на главный медосбор в последние десятилетия не всегда оправдывается, так как изменились и продолжают меняться медосборные условия. Если в XX в. (особенно в первой половине) главный взяток был с медоносов полей (бодяк огородный, осот полевой, василек и др.), то с внедрением интенсивных технологий земледелия большие массивы их исчезли. Сеяных медоносов во многих областях средней полосы практически нет, а заброшенные поля быстро теряют кормовое значение для пчел.

Интенсификация земледелия в XXI в. будет только возрастать. Кроме того, все больше будут внедрять генетически измененные культуры, в том числе и сеяные медоносы, спрос на мед с которых резко упадет.

Но не все так мрачно, выход есть. Прав А.В.Ткачев: «Мед нужно брать, когда он есть в природе, а не готовить пасеку в расчете на главный медосбор». Надо научиться использовать самые ранние медоносы, начиная с ивы. Для этого рекомендуют готовить с осени сильные семьи для работы на весенних медоносах, но в современных ульях часто не удается сохранить их силу до весны. Кроме того, нужно разрабатывать и внедрять информационные технологии, так как основная масса ошибок и неудач у нас происходит из-за отсутствия достоверной информации о текущем состоянии пчелиной семьи. Зная его, пчеловод сможет по-настоящему управлять инстинктами пчел.

В настоящее время решить эту задачу просто — с помощью компьютера. Информацию с датчиков, установленных в улье, можно ввести в память микропроцессора электронного блока и по запросу пчеловода вывести на монитор. Ученые-пчеловоды совместно с программистами должны разработать программы, которые даже начинающему пчеловоду позволят получать хорошие результаты. Это привлечет в отрасль свежие силы — интеллектуальную молодежь.

Конечно, решение этих вопросов потребует средств и времени, но у меня нет сомнений в том, что следующий шаг пчеловодство сделает в этом направлении, и произойдет это в ближайшие 10–20 лет. Технические возможности для этого есть, а стоимость электронной «начинки» улья можно приблизить к стоимости древесины, из которой изготовлены рамки. Вовсе не обязательно, чтобы улей был сверхдешевым, важнее, чтобы водить пчел в нем было выгоднее, чем в дешевом.

За 20 лет занятия пчеловодством мне приходилось работать со всеми стандартными типами ульев. Начал с многокорпусных, но после первого инфаркта пришлось от них отказаться, так как жонглировать корпусами может только молодой и здоровый человек. (Правда, изменив конструкцию рамки, я отказался от перестановки корпусов, и сейчас у меня есть один многокорпусный улей.) В двенадцатирамочном семья созревает, как правило, к концу весеннего медосбора, поэтому ранний мед в них получить так же трудно, как и удержать семьи от роения до главного медосбора. В местности, где расположены мои пчелы, он иногда бывает не в июле, а в мае.

Шестнадцатирамочный улей с магазинной надставкой на рамку 435х230 мм пчелиная семья, как правило, осваивает к июлю, но если медосбор слабый, она будет роиться, а создавать противороевые отводки не имеет смысла. В таких условиях мне пришлось научиться использовать любой медосбор, в том числе и весенний. В результате долгих раздумий решил содержать пчел в шестнадцатирамочном улье, но разделил его на два отделения (по 8 рамок) и оборудовал подогреваемым полом с электронным термометром.

Весной, после первого облета, включаю обогрев, осматриваю семьи и в случае необходимости даю корм, обеспечиваю водой. В результате на расплоде пчел стало сосредотачиваться в 3 раза меньше, так как его уже не надо им обогревать. Расплод в улье с подогревом занимает рамку до нижнего бруска. В прошлом году весна была холодной, тем не менее семьи даже средней силы к концу апреля были готовы к постановке магазинных надставок, причем в каждом из разделенных ульев было по 13–15 рамок расплода. В некоторых семьях, вышедших из зимовки более сильными, расплод был и на последней, восьмой рамке, а также был запечатанный трутневый, и появились мисочки. В таких ульях, имея описанные выше семьи, согласитесь, можно получать майский мед. Несмотря на то что весь июнь и июль пчелы роились, в среднем от каждого обогреваемого улья я получил в 2,5 раза больше меда, чем от семей в двустенных шестнадцатирамочных без обогрева.

И.П.СТЕПАНЕЦ

г. Калуга

«

• 1
• 2
• 3
• 4
• 5

»